www.armeniansandsea.am
>> Путевые заметки Зория Балаяна. Второй этап Кругосветного плавания
К СЧАСТЬЮ, АРМЕН САРКИСЯН НЕ ОДИН
Вот уже целых семь лет директор издательства "Амарас" Аркадий Асрян является, пожалуй, самым действeнным и деятельным почетным членом экипажа сначала "Киликии", а теперь вoт и "Армении". И дело вовсе не только в том, чго именно в "Амарасе" издавались все три тома "Киликии", но и в том, что регулярно в ходе плавания он присылал и присылает мне информацию, которой мы на борту лишены. Вот и сейчас Арик кладет мне на стол распечатку пространного текста, который начинается словами: "Армянский день в королевском Эскоте". Тотчас ассоциативно я вернулся к середине мая 2006 года, когда, готовясь к старту третьего, заключительного этапа эпопеи "Киликии", мы шли в Лондон и обратно по Темзе через Ла-Манш, Северное и Балтийское моря до Финского залива к внутренним водным артериям России, по которым я с моими камчатскими друзьями Анатолием Гаврилиным и Анатолием Сальниковым на самодельных лодках "Вулкан" и "Гейзер" шли в 1967-ом –1970-ом годах. Здесь я не могу не обойтись без традиционного лирического отступления, начав со слова кстати. Кстати, дело в том, что когда-то среди многих рек Темза была моей мечтой. Вот что написано в вышедшем буквально на днях четвертом томе собрания сочинений, который посвящен моим путешествиям, осуществленным в шестидесятых, семидесятых и восьмидесятых годах: "В Камчатской правде" вышла информация о готовящемся походе по рекам Западной Европы до Лондона. Маршрут назывался “От Тихого до Атлантического океанов по воде через материк". Волга, Днепр, Дунай, Эльба, Сона, Сена, Ла-Манш, Темза -Лондон. Старт 15 июля 1967 года”. О том, что было дальше, можно прочитать в книге "Голубые дороги", которая вышла на армянском языке в начале семидесятых.
Так что сплошные ассоциации. Назови какую-нибудь реку и море – и тотчас же ударяешься в воспоминания. А тут вроде ни реки, ни моря, а местечко Эскот, где вот уже триста лет проводятся Королевские скачки в присутствии короля или королевы Англии. Спрашивается, а причем тут Темза? Дело в том, что в тот год именно на Темзе (в центре Лондона) стояла "Киликия", которую посетили известный предприниматель Ваче Манукян и, скажем о главной должности, бывший премьер-министр Армении Армен Саркисян. Оба они тогда на "Киликии" поставили свои подписи на карте с будущим (теперь уже настоящим) маршрутом экспедиции с маршрутом кругосветки имени Святого Месропа Маштоца. Карту первым подписал министр обороны Серж Саргсян еще год назад на Гибралтаре. Однако это другая история, и придет час к ней вернемся. Сейчас же о другой ассоциации идет речь.
Тогда, пять лет назад весь Лондон, как мне показалось, говорил о предстоящих через месяц Королевских скачках в Эскоте , посященных 295-летию первых скачек при королеве Анне. Однако уже тогда пестрела в публикациях круглая цифра 300. Вот и настала эта дата. И вся Англия живет и дышит памятью о прошлом и о далеких предках. Только так, оказывается, можно действенно думать о будущем и потомках. И на этом вот традиционном общенациональном празднике проходит "Армянский день", когда "крупнейшие благотворители и спонсоры проекта "Ереван – любовь моя" стали личными гостями четы Нуне и Армена Саркисянов". И это происходит "на церемонии открытия Королевских скачек в Эскоте 14 июня". Я не хочу останавливаться на подробностях, ибо, уверен, пространная информация наверняка была в средствах массовой информации нашей страны. Цель моя другая. Вот я читаю, что Армен Саркисян вместе с его королевским высочеством принимал более 250 гостей со всего мира", а сам думаю о нашей встрече с Арменом в Лондоне в конце 1996 года. Второй спикер палаты лордов баронесса Керолайн Кокс организовала очередную конференцию о ситуации в Карабахе, и я вылетел в Лондон. Тогда вся Армения знала, что бывший премьер-министр и посол Армении в Великобритании тяжело болен. Диагноз ... тот самый, от которого веет фатализмом. Не мог не посетить Армена. Я тогда в доме у Саркисянов видел все: и тревогу в глазах Нуне, которая заменила тогда мужа на посту посла Армении. И нескрываемый испуг в глазах юных сыновей Армена. Я видел очень похудевшего Армена с землистым цветом лица. Он еле передвигался. Большей частью времени проводил в кресле, прикрытый теплым пушистым пледом. Но вот в его глазах я видел блеск. Свет надежды. Ошибки в диагнозе-приговоре не было. С ним известные врачи делали то, что обычно делают со всеми. Все было как у всех: и истощение, и бледность, и выпадение волос. Всё. Но вот сохранился блеск в глазах. Это – отражение зеркала победы над собой, это ненависть к отчаянию, пренебрежение к смерти. И это, наконец, свет воли.
Обо всем этом я рассказал по возвращении из Лондона главному редактору еженедельника "Урарту" незабвенному Иосифу Вердияну, который просто настоял, чтобы я в повествовании о карабахской конференции в Лондоне поведал эпизод об Армене. Я считал, что как-то неловко, неэтично. Человек в таком тяжелом состоянии. Но Иосиф думал иначе и убедил меня. Материал вышел. И Армен признался, что он еще больше поверил в себя.
Примечательно, что Аркадий прислал мне на борт распечатку прямо в тот день, когда в "Литературной газете" (29 июня) вышел очередной репортаж о плавании на "Армении". Материал называется " Преодолеть себя ". И весь он о том, что сегодня, когда над миром нависла угроза бездуховности, надо на живых примерах рассказать о силе духа, о воле человека, воодушевленного благородной идеей, высокой целью, преодолевающего себя для их достижения. И среди многочисленных примеров я рассказал об известном уже нашему читателю легендарном мореплавателе Фрэнсисе Чичестере, который неоднократно удлинял срок исполнения диагноза-приговора, тем самым побеждая и преодолевая себя. В день завершения рекордного кругосветного плавания газеты писали о том, что увидели измученного истощенного старика, которого шатало от постоянного головокружения, который задыхался от приступа астмы. Черт возьми, наверное так оно и было. Но в тот день Чичестер сам о себе говорил другое. Говорил даже не о себе, обо всех: "Я считаю, что причина большинства болезней, кроме оспы, чумы и других инфекционных болезней, кроется в состоянии угнетенности и прежде всего в эмоциональной подавленности. Говорят, по линиям ладони можно определить судьбу. А вот мудрец заметил, что воля способна изменить даже линии ладоней.
Вся мировая литература зиждется на создании примеров из жизни или жизненных примеров, а все уроки “Библии” – на примерах, притчах, которые тоже являются живыми примерами. Ибо пример воздействует сильнее, чем проповедь, и сильнее, чем угрозы. Я всю жизнь, в хорошем смысле слова, собираю эти примеры. И рад, что среди них есть наши соотечественники. К счастью, Армен Саркисян не один.
... Это же надо как повезло нам. Я уже рассказывал, как на Цейлоне нашли... армянку – Светлану Арташесовну Атаманян. По мужу Сергиенко. Родилась в Крыму. Не на полуострове Крым, а в армянском селе Чалтырского района Ростовской области. До школы ни слова не знала по-русски. Дома говорили только на армянском. Еще девчонкой клялась-божилась, что выйдет замуж только за армянина. И чтоб будущий муж был или из ее Крыма, или из острова Крым. Это уже для того, чтобы говорили на родном крымско-нахичеваньском армянском наречии. Судьба распорядилась иначе. И все-таки она, судьба, все устроила так, что будущие супруги Евгений Сергиенко и Светлана Атаманян встретились, познакомились и полюбили друг друга не просто в Москве, но именно на знаменитом Крымском мосту столицы. Так что дочь перед родителями хоть как-то оправдалась, что слово свое сдержала. Крымский мост – это тоже Крым. Отец Светланы, Арташес, сдался, когда родился внук. Мать, Вардуи, сдалась, когда родился второй внук. Когда родился третий внук, оба пошли в армянскую церковь, чтобы поблагодарить Бога. Зять окончил МГИМО, стал дипломатом. Провели несколько лет в Болгарии. И вот – Шри-Ланка.
Не знаю, как повезло матери Светланы, тикин Вардуи, но вот экипажу "Армении" очень даже здорово повезло с нашим зятем. До встречи с ними нам с этой инерцией комендантского часа жилось жутко тяжеловато. А теперь вот, по всему видно, глядишь, достанем злосчастные помпы и все, что нужно для выхода в океан на самом ответственном участке. А познакомил нас, еще раз вспомним, великий русский писатель Антон Павлович Чехов. Без устали я повторяю, что с самого начала у меня были сразу два кумира: Антон Чехов (уж как-никак врач) и Джэк Лондон (как-никак и моряк, и полярник на собачьих упряжках). Так что путевой очерк о Чехове уже у меня готов. Осталось кое-что доделать и отправить по электронной почте. А работал над очерком в комнате гостиницы "Гранд Ориентал отель", где сто двадцать один год тому назад остановился Антон Павлович Чехов по дороге с Сахалина домой.

Зорий БАЛАЯН,
Индийский океан